ПРО КРУЖКУ
Ding, бля, an Zich,-
приговаривал Кант,
С уважением глядя на кружку
И шнапс в неё наливая...
В глубинах этой посуды
Скрыты мудрость и скорбь мировая!
Её воспоют поэты,
И памятник ей воздвигнет
Человечество, кружкой спасенное
От ужасов трезвой жизни.
Я беззаботен,
Как лёгкий воздушный шарик.
Я улыбаюсь
Улыбкой дебильной, но доброй.
Я люблю всех -
Шолом! Зиг Хайль! Вива Куба!
Да здравствует всё!
Стакан подставляй, товарищ.
Крик журавля раздался в небе осеннем...
Вот бы мне два крыла журавлиных,
Я б летал высоко, словно птица,
Кричал безнаказанно гадости всякие,
Милиционерам бы места срамные показывал.
Вот бы мне два крыла...
Я -птица белая,
С пробитым крылом,
Разбитым еблом,
Охуелая...
Электрик на столбе,
между землёй и небом,
С бутылкой пустой вместо трубы подзорной.
Он видит то,
чего нам не дано увидеть,
Всё, что нам не узнать никогда,
он давно уже знает…
И бессмысленно пить,
ему подражать пытаясь –
Рождённый ползать
электриком стать не может.
Пчёлы кружат надо мной
С жужжаньем весёлым –
Свежевыпитым одеколоном цветочным пахну.
Хутор близ Токио
Бабы стирают кимоно у реки,
Неподалеку плещутся девки.
Парни глядят на них из кустов
Узкоглазо и страстно.
Участковый чистит нунчаки,
Ниндзя дерется с женой,
Стиляги друг другу хвастают
Черными поясами.
Гейши народ созывают на блядки,
Камикадзе мечтает о небе,
Сторож преследует с криком "кия !"
Мальчишек, ворующих вишни.
А пожилой самурай на завалинке
Ворчит, времена ругая –
Харакири как делают – стыдно смотреть!
Да и сакэ не то уже нынче...
Уходит моя крутизна былая,
Сентиментален я стал и лиричен.
Вот змея бумажного сделал,
Цветами его украсил,
Привязал к нему колокольчики,
Разноцветные ленты из шёлка,
А слово "хуй" написать постеснялся....
Видимо, я старею.
Я сожгу парашют, съем пепел,
Компас достану в кустах,
На дорогу тёмную выйду
Чёрных, как ночь, очках.
И вот я иду -
Прост, как Толстой, напорист, как Гитлер,
С холодной, как у Дзержинского, головой.
Куда я иду?
А хер меня знает...
Да и разницы никакой.
Сайт Александра Левченко 
